Про истории госизмен и шпионажа в России

В России резко выросло число дел о госизмене и шпионаже. Если в 1997–2006 гг. приговаривали по два-три человека в год, то в 2018 году уже осуждены двое и еще  идут расследования и суды против 22. Всего же с 1997 года за госизмену и шпионаж были осуждены порядка 100 человек.

Эти цифры мы взяли из исследования «Команды29». Спецпроект вышел под заголовком «История госизмены, шпионажа и государственной тайны в современной России». Он состоит из аналитического доклада и историй осуждённых за госизмену и шпионаж, их родных и защитников.

Мы уже не раз отмечали, что гонения, которым в настоящее время подвергаются оппоненты авторитарных политических режимов в постсоветских государствах, сильно напоминают репрессии сталинского периода. Другое дело, что они не настолько масштабны по размаху и числу жертв, кровавости, безжалостности и произвола, как в 20-50-х годах прошлого века, но цель их такая же —  «задавить» население и принудить его подчиняться правящей элите, соглашаться с ее политическим курсом и практикой, следовать в целом указаниям властей.

При этом принципиальная разница между репрессиями сталинского периода и нынешних времен отнюдь не заслуга властей. Она объясняется как изменениями мира вокруг нас, так и тем, что протестный потенциал населения постсоветских государств сильно отличается от того, что имел место в 20-50-х годах ХХ века. Ведь люди, прошедшие окопы и лишения Первой мировой и Гражданской войн, лишившиеся состояния и социального положения, были точно опаснее тех, кто пусть и пострадал от развала социалистической экономики, а потом и социалистического государства, но в целом не был вынужден защищать свою жизнь с оружием в руках.

В доказательство нашего тезиса приведем тот факт, что когда властям постсоветских государств противостояла масса людей, которым пришлось де-факто пережить гражданскую войну, например, в Чечне и Таджикистане, то репрессии против них со стороны авторитарных политических режимов полностью соответствовали по масштабам, кровавости и безжалостности тому, что в СССР позднее было названо сталинским произволом.

Именно поэтому мы считаем, что характер и масштабы нынешних репрессий со стороны авторитарных политических режимов определяются:

  • качеством населения и его протестным потенциалом,
  • стоящими перед автократией на данный момент времени задачами,
  • наличием гражданского общества и его способностью сопротивляться,
  • наличием альтернативны для протеста в виде эмиграции,
  • качеством госмеханизма в целом и его силовой компоненты в частности.

Отсюда и разница, иногда более чем существенная, в репрессивной практике государств, — например, между Казахстаном и Россией. Или в самой России — между тем, что творят власти на Северном Кавказе и что могут позволить себе в центральной части страны.

Очевидно, что в Казахстане в силу отсутствия гражданского общества и реальной политической оппозиции, плюс пассивности основной массы населения, масштаб репрессий и их энергичность заметно слабее, но зато и поводы для них властям зачастую приходится придумывать, чуть ли не высасывая их из пальца.

К тому же на репрессивную практику Акорды накладывает особый оттенок явная деквалификация, мы бы даже сказали, маргинализация силовых структур, вызванная многолетним системным отбором кадров со знаком «минус», что в итоге приводит к казусам, вроде уже ставшего сверхскандальным судебным процессом над Искандером Еримбетовым или многочисленными маловразумительными процессами над теми, кого обвинили в причастности к ДВК-2 Мухтара Аблязова.

В связи с этим мы и решили предложить вниманию нашей аудитории «лонгрид», подготовленный российскими исследователями. Аналогичных публикаций в казахстанском информационном пространстве просто нет и не предвидится. Между тем, по нашему мнению, это исследование не просто информирует о практике использования российскими властями обвинений в шпионаже, госизмене и раскрытии государственной тайны, но и объясняет логику и цель действий властей.

При этом особой разницы между Кремлем и Акордой в данном случае мы не видим, просто в Казахстане для простоты предпочитают обвинения о разжигании социальной розни и участии в экстремистской организации, но сам механизм репрессирования точно такой же.

 

СПРАВКА

«Команда29» — питерское неформальное правозащитное объединение юристов и журналистов, ставящее своей целью сопротивление растущей закрытости государства в России. Его юристы и адвокаты представляют в судах интересы тех, кого несправедливо обвинили в государственной измене, разглашении государственной тайны и шпионаже, защищают издания, которым пытаются помешать писать правду о чиновниках и государстве.   

1 комментариев

  1. Тимофей-айти

    В рашке уже давно используется спецами правило - чем круче понаедешь, чем круче премия будет. Выбирают как будто специально тех, кто не может ни адвокатов взять достойных, ни просто ни здоровья не имеющий, а имеющих детей, через которых ой как легко понаджать...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *