«Перезагрузка» Дариги Назарбаевой

В период транзита и в условиях непубличной политики элитные кланы вынуждены трансформироваться, чтобы усилить свое влияние и даже просто удержаться на плаву. Группа старшей дочери президента не является исключением – сыновья подросли и готовы составить серьезную конкуренцию «старой гвардии».  

Сегодня одной из наиболее болезненных и практически неразрешимых проблем Казахстана является непубличность реальной политики, оказавшейся в руках элитных кланов. В результате чего процесс принятия даже ключевых решений в области политики, экономики, социальной и так далее сфер носит сверхсубъективный характер, а сами они зачастую продиктованы частными, групповыми, а не государственными интересами.

Не удивительно, что такие решения в ходе их практической реализации регулярно сталкиваются с отсутствием поддержки, а то и с прямым противодействием внутри самого госаппарата, а также руководства квазигосударственных структур. Это не говоря уже про негативную реакцию со стороны общества. Поэтому даже правильные решения власти оказываются неправильными, регулярно не исполняются и приносят убытки, как материальные, так и моральные.

Хотя тема элитных кланов постоянно находится на слуху, она тем не менее остается закрытым для общества пространством, где отсутствует какая-либо точная информация. За редким исключением невозможно более или менее четко зафиксировать состав групп и их общие интересы, в результате чего  механизм согласования последних работает крайне плохо.

В первых годах независимости Казахстана это было не критично, поскольку общество и правящая элита не были структурированы, царил хаос, если не сказать бардак. Благодаря этому не только Нурсултан Назарбаев и его ближайшие соратники, но и многие более или менее энергичные представители правящей элиты могли продавливать и реализовывать свои идеи. Теперь все это в далеком прошлом.

Государственный аппарат в рамках авторитарной политической системы укрепился и окостенел, а эффективность «суперпрезидентской» политической системы, с одной стороны, выросла, поскольку ни один чиновник в стране не посмеет сомневаться в правильности и ценности исходящих сверху ценных руководящих указаний, а с другой  – критически упала. Ведь реализация указаний осуществляется просто винтиками госаппарата, то есть людьми, как правило, лично не заинтересованными в достижении успеха,  не имеющими профессионального самолюбия и патриотами только на словах.

Ранее, пока были высокими цены на нефть и госбюджет располагал финансовыми возможностями, все дело решали деньги, точнее возможность их тратить практически в неограниченном объеме. Теперь все это стало невозможно. Тот же бизнес, зависящий в стране от чиновников на 200%, может решать свои проблемы только за счет прямой заинтересованности тех или иных ключевых фигур, что и происходит в Казахстане каждую минуту.

С проблемой непубличности принятия решений в республике сталкиваются все. В том числе   зарубежные институты и физические лица,    которые по тем или иным причинам интересуются Казахстаном. И в условиях экономического, социального и внутриполитического кризиса подобное положение дел становится крайне опасным, как для страны в целом, так и для самой правящей элиты.  Ведь последняя потеряет больше остальных казахстанцев, если государство и (или) политическая система развалятся.

Только оптимизация и улучшение процесса согласования тех или иных системных решений на всех уровнях, от национального до регионального и ведомственного, что  невозможно без перевода этого процесса в публичную сферу,  позволят повысить качество управления в стране. Но готов ли Нурсултан Назарбаев пойти на ключевой шаг и разрешить публичную политическую активность элитным кланам? Вряд ли. Позволит ли он им заняться политикой через политические партии и движения? Точно нет.

А это означает, что межэлитные противостояния, войны и раздоры будут продолжаться, только теперь с куда большими жертвами. При этом в выигрыше окажутся снова те, кто ближе всего к эпицентру казахстанской власти, то есть Нурсултану Назарбаеву. Иными словами элитные кланы, возглавляемые Даригой Назарбаевой, Тимуром Кулибаевым, Кайратом Сатыбалды, Каримом Масимовым, Ахметжаном Есимовым, Булатом Утемуратовым, Алией Назарбаевой.

 

Именно поэтому привлекают к себе внимания разговоры в  Астане, что старшая дочь «лидера нации» вместе со своими подросшими сыновьями переформатирует свою элитную группу после ухода из нее спикера Мажилиса Парламента Нурлана Нигматуллина.

Якобы последний обиделся на отсутствие поддержки со стороны Дариги Назарбаевой в ходе последних межэлитных разборок, в ходе которых потерпел несколько серьезных, хотя и малозаметных для публики поражений от своих оппонентов.

Серьезность намерений госпожи сенаторши подтверждается тем, что она собирает вокруг себя так называемых «агашек», то есть людей, которые, не имея сейчас прямого доступа к власти, тем не менее пользуются авторитетом в казахскоязычной среде, имеют влияние на широкий круг как чиновников, так и людей культуры и науки. Похоже, что именно Дарига Нурсултановна, как дочь своего отца, является для них естественным преемником, а значит и новым вождем.

По нашей информации аналогичные процессы консолидации и мобилизации имеют место  практически во всех ведущих элитных группах: идет негласная проверка на верность, переподтверждаются взаимные обязательства, фиксируются интересы, ищутся общие точки для более плотного сотрудничества. То есть казахстанская правящая элита адаптируется под новые условия существования, в том числе более плотным кучкованием вокруг своих лидеров.

1 комментариев

  1. Адольф Сергей

    Руководить Мажелисом Парламента республики Казахстан, не место коррупционерам и не в коем случае бизнесменам. Политика и бизнес, не совместимы. В политике должны участвовать, интеллигентные, кристально , чистые политики.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *