Об опасности популизма власти и оппозиции

Популизм как политика становится все более популярной по всему миру. Не стала исключением из этой тенденции и Республика Казахстан. Причем такую тактику в последнее время избрали как глава государства Нурсултан Назарбаев, так и его основной оппонент Мухтар Аблязов.  

Принципиальная разница между ними только в том, что президент вынужден подтверждать свои слова реальными действиями, тогда как его противник может позволить себе обещать все, что душе угодно. Но ясно, что происходящее отнюдь не случайность, а результат системного общемирового кризиса.

С этой точки хотим обратить внимание нашей аудитории на статью в российской газете «Коммерсант», опубликованную под заголовком «Популизм захватил четверть Европы. The Guardian разбиралась, как и почему это произошло».

Приведем несколько заслуживающих внимание цитат:

«В 1998 году европейские популистские партии имели поддержку всего 7% избирателей. Сейчас каждый четвертый житель ЕС готов отдать за них свой голос. Причины выясняли британские журналисты».

«В проекте „Новый популизм“ наряду с журналистами приняли участие более 30 политологов и социологов под руководством ведущего эксперта Амстердамского университета Маттэйса Родэйна. Ученые обозначили все европейские партии, которые можно было бы отнести к популистским (рассматривались все страны—члены ЕС, а также Швейцария, Норвегия и Исландия в период с 1998 по 2018 год).

Исследования последних лет показывают, что все больше европейцев считают, что их, простых и честных граждан, обманывают или используют коррумпированные элиты. Это является первым шагом к тому, чтобы они задумались о поддержке популистов, которые обещают все быстро исправить.

Тому, что избиратели делают выбор в пользу популистских партий, способствует ряд факторов:

+общество сейчас более индивидуализировано, избиратели более независимы в мнениях;

+нередки всевозможные кризисы — от политических до финансовых, и основным партиям достается больше всего критики за то, что элиты довели страну до такого положения

+популисты не упускают возможности акцентировать внимание избирателей на случаях коррупции в ведущих партиях или подчеркивать неправильность выбора властями в период кризиса политики жесткой экономии, которая бьет по простым гражданам».

«Как считает участвовавший в работе над исследованием преподаватель международных отношений в Университете Джорджии Кас Мадди, существуют три основные причины резкого роста популизма в Европе:

1) Масштабная экономическая рецессия, которая привела к появлению нескольких сильных левых популистских партий на юге.

2) Так называемый миграционный кризис, который стал катализатором для правых популистов.

3) Преобразование непопулистских партий в популистские (примеры „Фидес — Венгерский гражданский союз“ и польская „Право и справедливость“).

В результате, если в 1998 году популисты входили в правительства всего двух европейских стран — Швейцарии и Словакии, то теперь добавились еще Норвегия, Финляндия, Польша, Чехия, Венгрия, Австрия, Италия, Болгария и Греция. Но, по мнению политологов, и это не предел. Намеченные на первую половину 2019 года выборы наверняка покажут дальнейший рост популизма. Исследователи говорят об Украине, Финляндии, Бельгии и Дании».

Так что неудивительно, что Назарбаев и Аблязов используют ту же тактику, что и их «коллеги» по всему миру,  скорее в силу необходимости, чем по собственной воле.  Другое дело, что вряд ли они сами это осознают. Особенно это касается Нурсултана Назарбаева, который за время многолетнего пребывания во главе авторитарной политической системы и суперпрезидентской вертикали оказался настолько «заласкан» пропагандой и льстецами, что похоже серьезно уверовал в свою исключительность.

Ирония истории состоит в том, что все это происходит через столетие после того, как столь же системный общемировой кризис вылился в  Первую мировую войну, закончившуюся крушением Российской, Германской, Австрийской и Турецкой империй, серьезным ослаблением Великобритании, Франции и Италии и  выходом на мировую арену в качестве ведущего государства мира США.  Этот же кризис затем продолжился в форме противостояния уже двух политических систем — капиталистической и социалистической, в рамках которой Вторая мировая война сменилась войной «холодной». И завершился он только с развалом СССР и социалистического блока.

Однако использование популизма в Казахстане может оказаться весьма опасным для существующей в стране политической системы и лично «лидера нации». Причем дело не столько в Мухтаре Аблязове и убедительности его слов и обещаний немедленно все изменить к лучшему после прихода к власти, сколько в том, что в условиях отсутствия внутриполитической конкуренции, механизма перехода власти от одной политической силы (партии) к другой, то есть отсутствия демократии как таковой, Акорда и Назарбаев становятся заложниками самих себя. 

Почему — очевидно. В условиях системного нарастания протестных настроений, вызванных многими причинами, и внутренними, и внешними, и объективными, и субъективными, власти Казахстана, в отличие от других стран, точно не смогут убедить граждан в своей правоте. Потому что механизм, который используется в демократических государствах  для поиска новой эффективной стратегии развития и перевода протестных настроений в конструктивное русло, в Казахстане заблокирован.

Именно поэтому Назарбаев был вынужден трансформироваться из государственника в популиста. И мы даже можем назвать дату  — 5 октября 2018 года, когда он огласил свое послание народу под громким названием «Рост благосостояния казахстанцев: повышение доходов и качества жизни».

По нашей прогнозу, действия Акорды по повышению уровня и качества жизни населения, даже если они будут относительно успешными (в чем мы, кстати, сильно сомневаемся), не приведут к ослаблению протестных настроений в республике и росту поддержки со стороны казахстанцев по трем причинам:  

  • В силу пассивности, политической, социальной, деловой и так далее большинства казахстанцев, унаследованной еще с советских времен и активно поддерживавшейся властями в последние двадцать лет.
  • В силу распространенности иждивенческих настроений и проявлений, причем как в сторону родных и близких, так и государства, и общества.
  • В силу неспособности Акорды поднять уровень и качество жизни хотя бы до уровня десятилетней давности, не говоря уже о сопоставимом с развитыми государствами.

В результате популизм в Казахстане может привести к совершенно иному результату, нежели в США, Великобритании, Италии, Испании и так далее.  Там популисты или приходят к власти, после чего оказываются вынужденными проводить более сбалансированную политику, или же отвергаются избирателями. Но все это происходит без изменения политической системы и правил игры.

В Казахстане, в условиях неизменности политической системы и госустройства, популизм будет наносить гигантский вред даже не столько государству, сколько людям, его присвоившими, то есть правящей казахстанской элите. И та, независимо от того, кто ее будет возглавлять — Назарбаев или его преемник, окажется перед выбором — соглашаться на это или попытаться изменить положение дел.

Ну, а механизм такого изменения известен и многократно применялся в истории — усиление авторитарного режима до тоталитарного.

Именно такой механизм был, кстати, в СССР, когда популистская политика первых лет после октябрьской революции, проводимая Владимиром Лениным и ВКП «б», которая помогла им сначала захватить, а потом удержать политическую власть, затем трансформировалась уже  под руководством Иосифа Сталина и той же ВКП «б» в свою полную противоположность. 

3 комментария

  1. Даму

    ЛН стоило бы присмотреться к опыту франкистской Испании. Тоталитарный режим Каудильо сыграл положительную роль для Испании. Социально-экономическая политика режима Франко («интегральный национализм») базировалась на четырёх основных элементах - контролируемой экономике, автаркии, корпоративизме и социальной гармонизации. Мировые державы содействовали сохранению status quo в Испании. Существующий режим устраивал западные державы, хотя бы потому, что с Испании снималась "коммунистическая" угроза, что для Запада было намного страшнее, чем диктаторский режим. Немного повоевать Франко пришлось, но малыми жертвами. По аналогии сейчас мир и центральноазиатский регион в частности стоят перед угрозой "исламского фундаментализма", так что снятие угрозы в стране религиозного экстремизма и небольшая война, могут легализовать введение автаркии и диктатуры в Казахстане. Также с середины 1950-х годов началось «испанское экономическое чудо», выведшее Испанию из состояния одной из беднейших стран Европы на уровень вполне развитой европейской страны. Многие министры-технократы были членами католической организации Opus Dei. Впоследствии Франко реконструировал в Испании монархию, что и произошло в 1975 году. Король Испании Хуан Карлос I завершил процесс превращения страны из авторитарной в демократическую. После ухода со своего поста Франко находился на лечении. В последние годы жизни он страдал болезнью Паркинсона.
    Его агония была долгой и болезненной. В последний месяц жизни он перенёс 2 инфаркта, ампутацию 2/3 желудка, операцию по поводу острого перитонита. 20 ноября 1975 года - Франсиско Франко скончался.
    Таким образом власть в Казахстане может приобрести характер наследственной монархии. Дело за малым. Найти казахского Франко.
    Можно так же используя тесную финансово-экономическую интеграцию Казахстана с Великобританией, - вступить в Содружество наций.
    Так что ЛН надо всячески использовать накопленный мировой опыт по созданию наследственной власти, потому что "Уничтожение плохих элит не может привести ни к чему другому, кроме как к формированию еще более молодых и неопытных новых элит, что неизбежно сопровождается значительным ростом насилия." (Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите
    Сергей Щеглов, Михаил Хазин)

  2. Пивница

    Ну как знать. Тоталитаризм бывает правым (черным) и левым (красным). Может и последний нагрянуть когда его никто не ждет, тогда многим из нынешних одно место на британский флаг нашинкуют.

  3. Жак де Моле

    Здесь происходит то же самое, что с чахоткой: врачи говорят, что в начале эту болезнь трудно распознать, но легко излечить; если же она запущена, то ее легко распознать, но излечить трудно. Так же и в делах государства: если своевременно обнаружить зарождающийся недуг, что дано лишь мудрым правителям, то избавиться от него нетрудно, но если он запущен так, что всякому виден, то никакое снадобье уже не поможет. (Макиавелли)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *