Как Казахстану стать Норвегией

Как Казахстану стать Норвегией, но при этом следуя по пути Эмиратов? Ответ на этот замысловатый вопрос пытались найти спикеры  прошедшего в июне в Астане экономического форума в  рамках панельной секции «Ловушка среднего дохода: вызовы для Казахстана». Предлагаем читателям самые интересные, по нашему мнению, фрагменты выступлений участников этой дискуссии.

Начнем с того,  что такое «ловушка среднего дохода». Согласно экспертной оценке, речь идет о замедлении  (и даже остановке) роста экономики при  достижении среднего уровня доходов населения. Опасность этого явления состоит в том, что  развивающиеся страны  теряют способность конкурировать как с развитыми экономиками с высокой квалификацией и инновациями, так и с экономиками с низкими доходами, низким уровнем заработной платы и дешевым производством промышленных товаров.

Угодил ли в такую ловушку Казахстан? Однозначно на этот вопрос никто из участников дискуссии не ответил, но все отмечали, что такой риск имеется, а значит надо предпринимать какие-то шаги, чтобы его  если не избежать, то хотя бы минимизировать.

Побеждают марафонцы

Первым выступил директор глобальной практики по макроэкономике и фискальному управлению Всемирного банка Джон Панзер,  прямо сказавший: «То, что привело вас туда, где вы сейчас, вряд ли приведет  вас туда, куда вы хотите попасть. Для таких стран, как Казахстан, дорога до уровня доходов  38-39 тысяч долларов на душу населения это длительный путь, на котором предстоит проделать много работы. Он требует большой адаптивности и сфокусированности на росте производительности и инновациях».

По его мнению, долгосрочный рост не происходит случайно. «Это результат госполитики, совместной работы госорганов с предпринимателями, частным сектором». И эта работа, считает представитель Всемирного Банка, предполагает четыре направления.

Первое  – это макроэкономические исследования. “Невозможно без без них контролировать инфляцию, кризисы, вырабатывать устойчивость к волатильности цен. Мы видим страны, которые должны были разбогатеть пятьдесят лет назад, но если посмотреть на их макроэкономику, то  увидим, что каждое десятилетие они сталкиваются с кризисами. В такой обстановке невозможен долгосрочный рост».

Второе – это наличие мощных институтов и верховенство закона, которые очень важны для долгосрочного роста, а также качество госуправления, которое подразумевает контроль над коррупцией и эффективную систему лидерства. «Ни одна страна не добилась долгосрочного роста без этого».

Третье – это инвестиции в образование и человеческий капитал. «Степень улучшения производительности и технические инновации в большей степени зависят от процентного соотношения высококвалифицированного человеческого капитала».

И, наконец, четвертое направление, по мнению представителя Всемирного банка, «это открытые конкурентные рынки, которые могли бы поддерживать эффективное распределение ресурсов и обеспечить адаптируемость, стремление к улучшению и повышению эффективности, получению и распространению знаний и инноваций».

«Достижение высокого уровня доходов требует времени и огромной работы. Быстрых рецептов тут нет, это марафон, а не спринт», – резюмировал Джон Панзер.

В поисках факторов роста

“Ловушка среднего дохода” тесно связана с более широкой концепцией экономического роста и конкурентоспособности страны в целом, считает в свою очередь заведующий отделом государственного контроля и организационно-территориальной работы администрации президента РК Максат Муханов.

Он напомнил, что перед Казахстаном поставлена задача войти в тридцатку развитых стран мира к 2050 году, поэтому «теория ловушки среднего дохода является достаточно актуальной тематикой», однако поскольку «универсальных подходов, решений или готовых рецептов в мире не существует», то «каждая страна выбирает свои стратегии экономического роста и выходы из ловушки среднего дохода, исходя из своих амбиций, типовых характеристик». То есть «последовательность и формы реализации стратегии роста зависят от страны».

Позиции и походы Казахстана, которые связаны с этим явлением, нашли, по его мнению, отражение в стратегических документах, в том числе о вхождении в тридцатку развитых стран. “На первоначальном этапе наша страна взяла модель развития, связанную с использованием имеющихся у нас конкурентных преимуществ на тот период: природные ресурсы, удобная география, рядом с растущими рынками и относительно развитые трудовые ресурсы. Эти преимущества Казахстан пытался трансформировать в экономический рост, развитие обрабатывающих отраслей, диверсификацию экономики, развитие человеческого капитала, а также развитие инфраструктуры и МСБ”.

Как результат, «уже в 2006 году Казахстан был по параметрам Всемирного банка страной с доходом выше среднего». Усилия не прошли даром и «минимизировали последствия кризиса, позволили создать какой-то задел финансовый для того, чтобы безболезненно перейти те трансформационные периоды».

Тем не менее, сегодня, по словам чиновника, чтобы «обеспечить выход на новый уровень развития, необходима кардинальная трансформация экономической политики. В этой связи в этом году, как вы знаете, в Послании главы государства была предложена модель нового роста. Формула этого роста – рост на основе модернизации плюс реформы. И второй документ, который важен для страны, это План нации «100 шагов», в рамках которого предложен пул институциональных реформ, который необходим для качественной модернизации. От экстенсивных мер мы должны переходить к интенсивным факторам роста».

Далее Максат Муханов рассказал о пяти базовых характеристиках казахстанской модели, которые должны помочь избежать “ловушки среднего дохода”.

  • Экономический рост, основанный на широком экспорте.

“В настоящее время правительством разрабатывается такая экспортная стратегия. И это экспорт не сырьевого сектора. В экспорте необязательно должны быть промышленные товары, здесь и многие услуги. То есть сегодня у нас около 70% экономически-активного населения находятся в секторе услуг. Конечно, пока на сегодня это не торгуемые сектора услуг. В последующем эти сектора имеют вполне большой экспортный потенциал. Это образование, финансовые услуги, здравоохранение, туризм. В Казахстане сегодня структура трудовых ресурсов примерно соответствует структуре развитых стран. Но в то же время по качественным характеристикам необходимо вести дальнейшую работу, которая осуществляется в рамках программных документов правительства», – так описал первую базовую характеристику г-н Муханов.

  • Современные институты, качественное профессиональное управление, госаппарат, основанный на принципах меритократии, подотчетности, а также верховенство закона.
  • Человеческий капитал.

«То есть многие страны, не имеющие богатых природных ресурсов и лишенные других преимуществ, сделали ставку на человеческий капитал. Сегодня борьба за таланты, лучшие кадры приобрела масштабный характер в мире», – напомнил представитель администрации президента, заявив, что в «этой связи Казахстан сделал упор на развитие трудовых ресурсов».

«Сегодня анализ показывает, что наши трудовые ресурсы пока в большей степени находятся в менее производительных секторах, но последний тренд показывает, что с 2010 года практически 40% занятых в сельском хозяйстве перешли в другие сектора. То есть это такая политика трансформации перехода с более низкой производительности в более высокую производительность. Это может оказать положительное влияние на совокупную факторную производительность в Казахстане», – считает Максат Муханов.

  • Развитый частный сектор.

«В Казахстане порядка 80% ВВП производится в частном секторе. В то же время сохраняются крупные конгломераты, которые принадлежат государству и в этой связи в настоящее время проводятся работы по снижению участия государства в экономике путем приватизации», – сказал чиновник.

  • Территориальная модернизация.

«Сегодня большие потоки населения из сельских районов направляются в города. Этот фактор является очень важным для роста производительности труда и развития конкурентоспособности. Здесь тоже принимаются меры для того, чтобы создать современную городскую среду, крупные англомерации, которые станут фактором притяжения трудовых ресурсов и их трансформации в более производительные сектора экономики», – так завершил свое выступление Максат Муханов.

Спасение – в кредитах для МСБ 

Аким Кызылординской области Крымбек Кушербаев взял на себя смелость сказать, что Казахстан  практически дважды оказывался в зоне “ловушки среднего дохода”.

«Статистика показывает, что значительный рост цен на нефть и экономические реформы начала 2000-х годов привели к росту казахстанской экономики и быстрому подъему уровня жизни. В 2007 году среднедушевой доход ВВП в Казахстане превысил 19 тысяч долларов. Однако в 2008-2009 годы экономика Казахстана сильно пострадала от мирового экономического кризиса. В 2009 году, как вы помните, в первый раз мы оказались в этой зоне, когда экономика показала рост всего 1,2%. В 2008 году рост был 3,4%. После этого кризиса экономика начала снова быстро расти. В 2011 году рост был 7,5%, однако в последующие годы рост замедлился и в 2016 году снизился до 1%», – напомнил Кушербаев.

И продолжил: «А в условиях, когда валовый внутренний продукт на душу населения составляет 16 тысяч долларов и больше, по мнению специалистов, страна теряет свои конкурентные преимущества, то есть дорогая рабочая сила отпугивает инвестиции, и страна начинает проигрывать в конкурентной борьбе другим развивающимся странам. Кроме того, стране становится выгоднее закупать готовые товары за рубежом, чем производить их у себя, за счет того, что сильная валюта. Таким образом, начинается процесс деиндустриализации. В то же время страна не может конкурировать и с развитыми странами, поскольку еще не добилась успехов в выпуске высокотехнологичной продукции. Как итог, начинаем буксовать и впадать в рецессию. Как следствие, возможен рост безработицы, ослабление нацвалюты и рост инфляции».

Однако спикер не теряет оптимизма. «С начала этого года мы чувствуем позитивные тренды, рост экономики. В интернете прочитал, что за пять месяцев у нас ВВП вырос на 4,1%”. Но, “конечно, говорить о полном восстановлении пока не приходится”.

По мнению Крымбека Кушербаева, для прохождения этой “ловушки” нужно больше использовать рефинансирование коммерческих банков со стороны Национального банка».

“Выделение специальной кредитной линии на поддержку предприятий малого и среднего бизнеса и фондирование институтов развития дало бы возможность выйти на рост валового внутреннего продукта за счет целевого кредитования инвестиционных проектов, модернизации и загрузки имеющихся производственных мощностей, более трети из которых сегодня простаивают только из-за отсутствия оборотных средств. В ситуации отсутствия доступа к кредитам и невозможности реализации тех видов деятельности, в которых люди уже привыкли работать, идет нарастающее социальное напряжение. Недоступные кредиты банков не способствуют росту валового продукта. Проценты – это налог на инновации. Монетизация экономики, иными словами, ее насыщенность деньгами, в настоящее время недостаточная. Необходимо вливание в экономику длинных и дешевых денег. Увеличение денежной массы должно привести к росту экономики», – считает аким.

По его словам, в Казахстане сегодня «уровень кредитования экономики 40%, а в Китае – 255%». «Конечно, речь не идет о бездумном вливании денег и разгоне инфляции. Это должна быть целевая связанная эмиссия. Прирост денежной массы должен быть использован не для выплаты зарплаты бюджетникам и увеличения пенсий, а на реальные инвестиционные проекты, которые дают прирост товарной массы и значительный рост валового продукта. Адресная эмиссия не раздует инфляцию, не даст возможность перетечь этим средствам на потребительский рынок».

В качестве примера аким привел работу в рамках программы «Нурлы Жол», где «связанная эмиссия не разгоняет инфляцию». По его мнению, «беспокойства, что мы можем выйти из заданного инфляционного коридора, что помешает реализации политики инфляционного таргетирования, не совсем убедительны». «Уверен, что для стимулирования экономики целесообразен переход от ограничительной денежно-кредитной политики, то есть иссушения денежной массы исключительно ради таргетирования, к политике стимулирующей, борьбе с инфляцией через экономический рост путем постепенного повышения уровня монетизации экономики под конкретные проекты», – заявил Крымбек Кушербаев.

В качестве примера спикер привел опыт ряда стран, в частности Южной Кореи, которая «смогла избежать ловушки среднего дохода во многом благодаря созданию хороших возможностей для ведения бизнеса, не связанного с крупными корпорациями», а также Германии и особенно Польши, которая «приняла специальный закон о микробизнесе».

Спикер убежден: “Чтобы повысить эффективность мер по выходу из зоны ловушки среднего дохода, необходимо усиление государственной поддержки по всем направлениям, способствующим развитию бизнес-среды, ускорению регистрации предприятий, получению разрешений на строительство, защите инвесторов, легкому доступу к кредитам. И, конечно, не менее важен технологический прорыв. Мы понимаем, что это дело не двух и не трех десятилетий. Нужна суперконкурентная среда, ведь мир меняется со скоростью света. И скорость принятия решения сейчас играет исключительную роль. Поэтому технологический прорыв будет тогда, когда будет сформирована такая управленческая система, которая позволит реализовывать инициативы и идеи на высоких скоростях».

Росту мешают коррупция и бюрократия

После выступления основных докладчиков последовала дискуссия, которая выявила, что понятие «ловушка среднего дохода» весьма многогранное.

Например, старший партнер Центра стратегических инициатив Олжас Худайбергенов считает, что тема ловушки среднего дохода не актуальна для тех стран, у которых низкий уровень коррупции и высокий уровень эффективности госаппарата, и напротив, очень актуальна для стран, имеющих эти проблемы.

«Мы недавно проводили опрос среди предприятий, и, когда обсуждали с ними итоги этих опросов, выяснилось следующее. У компаний, производящих продукцию, есть себестоимость, которую нужно снижать, чтобы быть конкурентоспособными на внешних рынках. Но у компаний есть большая доля расходов, которые, скажем так, не имеют отношения к прямой себестоимости, но влияют на ее размер как прямо, так и косвенно. Это коррупция», – прямо сказал эксперт.

По его данным, в Казахстане объем госзакупок примерно составляет 13-15 триллионов тенге. «Естественно, коррупция, которая, если распространяется на всю эту сумму, то обязательно ложится в расходы предприятий. Также это не только госзакупки. Коррупция существует и коммерческая. То есть большинство крупных компаний при закупах имеют ту же проблему, когда вроде бы компания частная, но на самом деле отдел снабжения отрабатывает так, что мало чем отличается по своим процедурам от госсектора».

«Также есть расходы компаний, которые связаны с неэффективностью системы образования. На уровне высшего образования у нас проблемы. 90% выпускников вузов устраиваются не по специальности. Для работодателя это означает, что он вынужден тратиться на повышение квалификации такого сотрудника, чтобы он более адекватно соответствовал своей позиции», – рассказал  Олжас Худайбергенов, отметив, что, пока такой работник учится, в том числе на ошибках, эти ошибки ложатся дополнительным бременем на компанию.

«Есть расходы у компаний, связанные с бюрократией,  начиная от проблем с возвратом НДС и заканчивая часто безуспешными попытками получить какие-либо льготы и преференции по инвестиционным контрактам», –  заметил эксперт и привел такой пример: «Говорилось, что государство вернет 30% от стоимости инвестиций, вложенных в основные средства. Вроде бы эта мера есть формально, а на самом деле ею еще никто не воспользовался, потому что процедура затянута или в бюджете денег нет. Получается так: предприниматель подает заявку ждет, когда ее одобрят чиновники – формально это месяц, но на практике это растягивается на многие месяцы. Потом ждет какого-то согласования, а это еще два-три месяца. В итоге проходит год, и само получение этой льготы становится бессмысленным».

Кроме этого, есть у бизнеса расходы, связанные с «неэффективной социальной политикой». В качестве примера Олжас Худайбергенов привел положение дел в розничном бизнесе: «Есть стандартная мировая практика, что в розничном бизнесе объем недостачи составляет примерно 2%. Но в Казахстане он выше, где-то на уровне 5-7%. Кроме возмещения этих потерь, бизнес вынужден фактически создавать внутри компании дополнительные социальные инструменты. На уровне крупных компаний, транснациональных компаний – это социальный пакет и так далее. На уровне малого и среднего бизнеса – это чаще разовая помощь в оплате квартиры, учебы и так далее».

По его подсчетам,  расходы,  не имеющие отношения к производственной деятельности, составляют сумму “где-то 30-40% от бюджета компании”. Он считает, что если эти проблемы убрать, то может выясниться, «что наш предприниматель достаточно конкурентоспособен».

Внимание на качество жизни 

В свою очередь президента Центра социальных и экономических исследований из Варшавы Кристофера А. Хартвелла  беспокоит такого рода «сфокусированность на ловушке среднего дохода», потому что это очень узкий взгляд на ситуацию.

«Нам нужно смотреть шире на то, что происходит с экономическим ростом, на то, что является компонентами бизнес-среды. Нет эликсира роста, который можно было бы выпить и обойти проблемы среднего дохода. Если посмотреть на то, что говорит литература о ловушке среднего дохода, то какие могут быть предписания «врача»? Инфраструктура – мы уже знаем, что инфраструктура необходима. И государственные институты получше. И вложения в инновации, технологии. Мы знаем, что нужна модернизация человеческого капитала и необходимо вкладывать соответственно в образование», – объяснил Хартвелл, отметив, что современная система образования недалеко ушла от системы XIX века, «когда общее образование, которым занимается государство, построено вокруг сельскохозяйственного календаря».

То есть, по его словам, это все известные рецепты. Однако  среди причин, почему страны застревают в ловушке среднего дохода, можно выделить две основные.

  • Провал политики макроэкономической стабилизации.

“Мы думаем, что все хорошо стабилизировали и начнем двигаться. А, может, нам надо больше государственных инвестиций, больше денежно-кредитных вливаний? Но это снова возвращает нас к дестабилизации экономики. Я бы даже сказал, что 85% попаданий в ловушку среднего дохода объясняется пренебрежением этими фундаментальными вещами”.

  • Более глубокие структурные изъяны.

“Нужны разные стратегии роста на разных уровнях развития. То есть то, что тебя привело к нынешнему состоянию, не приведет тебя туда, где тебе надо быть завтра. Поэтому начинаем второе поколение реформ. Макроэкономическая стабильность это уже как данность, а вот второе поколение реформ институциональных – там не предлагается ничего нового”.

“Мы сейчас слишком узко фокусируемся на отдельных вещах, – заметил в заключение Хартвелл. – Нам не стоит ориентироваться лишь на некий средний доход. Нет, надо смотреть на качество жизни населения, и это не какие-то цифры и не просто ВВП, это социальные моменты, экологические моменты, как вообще себя чувствует общество».

В Норвегию через Эмираты

Управляющий Международным финансовым центром «Астана» Кайрат Келимбетов в своем небольшом выступлении заметил, что сегодняшняя экономическая реальность как внутри страны, так и вокруг нее «говорит о том, что настало время радикальных реформ».

«Я думаю, что именно момент последних изменений в мире стал своего рода wake up call (пробуждение – ред.) для нас, когда и центральное правительство, и бизнес-сообщество, и в целом общество в Казахстане осознало, что необходим переход на новый уровень», – сказал Кайрат Келимбетов.

Поэтому и были, по его словам, объявлены сразу несколько модернизаций. «Это и политическая модернизация, и модернизация общественного сознания, модернизация технологическая, поскольку мы видим, что в мире сейчас происходят большие изменения парадигмы развития. Для Казахстана (необходимость модернизации – ред.) отчасти связана с проблемой ловушки среднего дохода. Но больше, на мой взгляд, это связано с проблемой, которую мы называем нефтяным проклятьем или голландской болезнью, поскольку высокие доходы от нефти породили определенное иждивенчество и, бизнес сегодня больше сориентирован на поиск ренты, нежели на поиск развития инновационных технологий или изменения бизнес-модели».

На предложение Крымбека Кушербаева изменить кредитную политику Кайрат Келимбетов отерагировал так: «В кругу экономических дискуссий часто предлагаются некие панацеи – давайте, мол, изменим фискальную политику и заживем более волшебным образом, или монетарную политику, или… Но, мне кажется, этот период мы уже проходили, у нас и в фискальной политике определенные реформы были. Мы помним реформу 2008-2009 годов, когда произошло существенное снижение налоговой нагрузки, и не произошло увеличения налоговой базы, в результате создали структурный дефицит бюджета. Или, например, переход к инфляционному таргетированию и обесценивание национальной валюты тоже казались «волшебной палочкой». Но мы видим, что на сегодняшний день каких-то чудесных изменений не произошло, хотя это было и необходимое мероприятие».

Далее он рассказал, как пытаются МФЦА превратить в оазис для бизнеса. «Мы сегодня для правительства являемся пилотным проектом. С помощью норм английского права, через создание независимого арбитража, то есть с помощью построения идеальной судебной системы внутри финансовых вопросов, с помощью построения рынка капиталов через проведение последовательной приватизации, и с помощью создания таких эффективных институтов мы создадим оазис для казахстанского бизнеса, откуда может выйти правильная ДНК-матрица и для регуляторов, и для бизнес-сообщества, и для тех институтов, в которых мы нуждаемся».

Но поскольку, по словам Келимбетова, публика всегда в сухом остатке просит конкретную формулу «куда мы стремимся, на кого равняемся»,  он решил добавить: «На мой взгляд, среди нефтяных стран такой страной является Норвегия, которая несмотря на определенные проблемы смогла создать такие общественные публичные институты, которые позволяют быть стране конкурентоспособной. С другой стороны, Норвегия находится немножко в другом геополитическом ландшафте. Это страна, по сути, часть европейского сообщества. Поэтому, мне кажется, для нас этот переход выглядит так: в Норвегию через Эмираты. Именно Эмираты сегодня демонстрируют возможность привносить лучшие практики и новые институты, которые позволяют им быть страной с действительно диверсифицированной экономикой, ориентированной на самые лучшие мировые стандарты».

Ложка дегтя портит мед

Продолжая тему, председатель совета директоров АО VISOR Holding Айдан Карибжанов предложил “вернуться в советские времена.

«По большому счету, Советский Союз развалился из-за ловушки среднего дохода, потому что советская система так устроена была, что ей нужны были какие-то очень большие драйверы, как-то революция, война, коллективизация, атомная бомба. А когда в 80-е годы цены на нефть упали, таких драйверов не нашлось. Байкало-Амурская магистраль явно была недостаточна для этого. После этого уже наступили 90-е годы со страшным падением на всем постсоветском пространстве, потом рост в 2000-е. И во-многом, наверное, высокие темпы, которые у нас были в 2000-е годы, объясняются как ценами на нефть, так и низким стартом, очень глубоким падением, которое произошло до этого», – считает Айдан Карибжанов.

По его мнению, «сама по себе ловушка это, конечно, плохо», но «средний доход это хорошо», потому что с точки зрения предпринимателя «многие виды бизнеса можно делать в только стране, где есть средний доход». «То есть «Макдональдс» появляется не потому, что где-то кинотеатр снесли, а потому что доход в стране достиг такого уровня, когда уже можно открывать «Макдональдс»”.

“Бизнес всегда ищет, где глубже, и проблема стагнации, отсутствия роста приводит к географической миграции. Всегда так было. Тот же Христофор Колумб уплыл искать Индию, потому что была определенная стагнация там, где он жил. Он искал новых горизонтов. И точно так же бизнес может «уплывать» в соседние страны, причем не в те, где может столкнуться с теми же проблемами, а в страны, где драйверы роста другие. То есть бизнес пытается по-своему бороться с этой ловушкой и отсутствием роста», – уверен Айдан Карибжанов.

Видимо, поэтому он полагает, что “попадание” в ловушку среднего дохода  Китая  является позитивным моментом для Казахстана.«Мы выглядели неконкурентоспособными в отношении Китая многие годы. Но через несколько лет, допускаю, что наши соседи окажутся в сложной ситуации или уже оказались, и это позволит открыть нам какие-то возможности с точки зрения производства определенных вещей у нас».

«Сегодня много говорили об усилиях государства по улучшению инвестиционного климата, по борьбе с коррупцией, по созданию каких-то новых важных институтов. Конечно, это полезно. Но, думаю, что основная критика государства звучит не к общей программе развития, просто не должно быть выпадений из нее», – резюмировал Айдан Карибжанов, напомнив  известную поговорку о том, что ложка дегтя способна испортить бочку с медом.

Продолжение следует

1 комментариев

  1. ШП

    “Он напомнил, что перед Казахстаном поставлена задача войти в тридцатку развитых стран мира к 2050 году..” Дальше можно не читать. Если стране ставят задачу (а не она сама выбирает путь), то к экономике и развитию это не имеет никакого отношения

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *