Еще о казахстанских сословиях

В статье “Есть ли в Казахстане сословия?” мы пришли к выводу что в казахстанском обществе после обретения страной суверенитета и независимости, сформировались четыре сословия. Условно мы назвали их “Небожители”, “Тысяча”, “Слуги народа” и “Народ”.

Как подметил в своем интервью российскому изданию “Огонек” профессор НИУ ВШЭ и председатель экспертного совета фонда “Хамовники” Симон Кордонский, чью идею мы применили к казахстанским реалиям, сословия эти созданы государством. Процитируем его слова: «А наша реальность описывается только через сословия. Потому что сословия, в отличие от классов, этносов, просто социальных групп — это группы, созданные государством. У нас ведь все общество — сверху донизу — целиком сконструировано государством”.

Между тем, согласно “Википедии”, сословие – это “социальная группа, члены которой отличаются по своему правовому положению: их состав, привилегии и обязанности определяются законом. Принадлежность к сословиям, как правило, передаётся по наследству”.

Таким образом, наше предположение не совсем соответствует теории, поскольку, во-первых, принадлежность к сословию в Казахстане не передается по наследству, как дворянские звания и аристократические титулы в феодальной Европе, во-вторых, только высшее сословие в стране получило юридическое оформление своего состава, привилегий и обязанностей, тогда как остальные существуют неформально, де-факто.

Тем не менее, по нашему мнению, эти отличия не принципиальны. Хотя бы потому, что казахстанская правящая элита, из представителей которой состоит сословие “Тысяча”, исторически еще молода, но уже начала воспроизводить себя. Это когда места на политических государственных должностях занимают дети тех, кто когда-то вместе с Нурсултаном Назарбаев начинал строить казахстанскую государственность.  Пусть они получают должности в госаппарате не прямо по наследству, родственные связи и богатство, в том числе трансформируемое в образование, дают им такое преимущество над сверстниками, что компенсировать его в принципе невозможно.

Поэтому то обстоятельство, что сословная принадлежность к “Тысяче” в Казахстане не оформлена юридически, уже не имеет значения. Она закреплена другими факторами: богатством, родственными связями, средой общения, образом жизни, потребительскими возможностями и так далее. И через них же реализуется.  А эти факторы точно переходят по наследству.

Возможно, именно желание подняться, перейти в более высокое сословие является одной из причин массового стремления казахстанской молодежи получить юридическое, экономическое или финансовое образование, поступив потом на государственную службу, а казахстанские семьи пытаются произвести впечатление на окружение излишними тратами.

Конечно, сословная структура современного казахстанского общества – это гипотеза, которая требует подтверждения как социологическими исследованиями, так и временем. Но в ее пользу говорит то, что она объясняет многие казахстанские реалии, в том числе относительную устойчивость государственного устройства и политической модели, основанных на идее и практике елбасизма.

Ведь существование сословий, условно названных нами “Тысяча” и “Слуги народа”, невозможно без существования сословия “Небожители”.  А сословные преимущества, которыми располагают первые, как формальные, так и не формальные, являются развитием и продолжением преимуществ последних.  И до тех пор, пока власть в стране не по Конституции, а реально не перейдет к народу, что невозможно без “раскрепощения” основной массы казахстанцев, существующий порядок вещей в стране будет сохраняться. Другое дело, что фамилии “Небожителей” могут оказаться другими, но это максимум, на который можно рассчитывать.

Именно поэтому мы оцениваем стратегические планы руководства Казахстана по модернизации сознания казахстанского общества, как несбыточные мечтания.  И сбыться им не даст главным образом то, что три ключевых сословия, “Небожители”, “Тысяча” и “Слуги народа”, возможно не осознанно, а инстинктивно кровно заинтересованы в сохранении существующего порядка вещей. То есть им крайне нужен новый тип казахстанца, чтобы с его помощью сделать страну конкурентоспособной в мире и регионе, и этот казахстанец должен быть умен, знающ, энергичен, самостоятелен, квалифицирован, мотивирован и активен во всех сферах жизни, но не в политике.  А это невозможно в принципе.

Точно такую же задачу, только под иным идеологическим “соусом”, ставили и в СССР, а выполнить ее не смогли. И в итоге  государство и политическая система обречены деградировать, что и происходит на наших глазах, причем темпы этой деградации заметно ускорились в последние годы. Не замечать этого уже невозможно, в связи с чем возникает вопрос, как оценивают положение дел в стране сословия, условно названные нами “Тысяча” и “Слуги народа”, что собираются делать и как выживать?

К сожалению, ответ на этот вопрос в условиях авторитарной политической системы   найти не представляется невозможным – тема слишком взрывоопасная, чтобы Акорда позволила проводить соответствующие социологические исследования. А механизмы, которые   в цивилизованных странах помогают это выяснить, то есть политическая конкуренция, свободная пресса и активное гражданское общество, в Казахстане заблокированы или не работают.

0 комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *