Куда заведут идеи Нацбанка

Интервью зампреда Национального банка РК Олега Смолякова «Курсиву»  с  говорящим заголовком: “В Нацбанке не будет «НКВДшной тройки”   не привлекло большого внимания  общества. Между тем, соратник г-на Акишева на голубом глазу озвучил   идеи, которые в случае их “успешной” реализации еще раз докажут, что именно  благие намерения ведут в ад.

Процитируем  ключевые вещи, сказанные господином Смоляковым (выделения сделаны нами). Так, на вопрос журналиста: «Это же не единственная мера. Национальный Банк разрабатывает систему экономического суждения”, заместитель председателя Нацбанка РК заявил:

 Мы вводим свою методику, которая соответствует стандартам МСФО. Это не амбиции регулятора, это делается для того, чтобы повысить стабильность банковского сектора. То, что мы собираемся делать, – это надзорное суждение. Сейчас у нас есть правила, пруденциальные нормативы, мы можем применять меры раннего реагирования. Это общие правила, которые учитывают минимальный порог одинаково как для высокорисковых, так и для низкорисковых банков. Соответственно, все наше реагирование на те или иные ситуации на рынке происходит постфактум.

Теперь же мы хотим сделать акцент не на правилах, а на рисках. Первое, что нужно сделать в этой связи регулятору, – это иметь карту рисков каждого банка с точки зрения ликвидности, достаточности капитала, операционных рисков. И проранжировав эти данные, мы поймем, какой банк более рискованный, а какой менее.

Следующий пункт: если мы работаем от рисков, у нас не может быть общих правил для всех БВУ. Регулятор будет работать индивидуально с каждым банком. Мы оцениваем, достаточно ли у него ликвидных средств, достаточно ли капитала. После этого будут приниматься решения отдельно по каждому банку с учетом его риска.

Допустим, банк выполняет нормативы регулятора по достаточности капитала, но мы видим рисковые операции, которые находятся в правовом поле, но которые, скорее всего, приведут к ослаблению его финансовой устойчивости. И мы в этот момент вводим надзорную надбавку – то есть провизии этого банка будут выше, чем у других, ограничиваем операции. То же относится к рискам ликвидности БВУ – мы будем оценивать денежные потоки банков с точки зрения их уязвимости.

Таким образом, реагирование у Национального Банка будет не постфактум, а еще до наступления нарушений. Как только мы видим большие риски, мы приступаем к собственному комплексу мер: мы начинаем выставлять этому банку предписания, требования.

Вообще, сейчас заработает регуляторный вычет – это разница между масштабом риска и провизиями, сформированными в соответствии с МСФО.  Отмечу, что в течение пяти лет – это требование к капиталу будет внедряться в мягкой форме. То есть пока при недостаточности капитала у банка он должен будет поработать либо со своими активами, либо с капиталом, а уже через пять лет эта надбавка будет прямо вычитаться из основного капитала БВУ”.

На следующий вопрос журналиста “Курсива”  “Кто будет принимать такие решения? Как банки смогут обезопасить себя от неэффективного регулятора?”  Олег Смоляков сказал дословно следующее:

Во-первых, решения будут приниматься коллегиально. Это будет либо существующая площадка – правление Национального Банка, либо создадим новую квалифицированную  площадку, где весь профиль риска банка будет разбираться и будут выноситься суждения регулятора. Затем в оперативном порядке мы будем обсуждать это решение с банком. Мы сможем ознакомиться с доводами БВУ, так как дистанционно мы можем какие-то вещи не увидеть. И самое главное – у банка будет право обжаловать в суде меры надзорного реагирования регулятора, но в процессе обжалования действия этих мер не будут приостанавливаться”.

Когда же интервьюер поинтересовалась: “Коррупции не опасаетесь?”, заместитель председателя Национального банка РК уверенно ей заявил:

У рынка есть опасение, как эта система будет работать. Но у нас все строится на обосновании наших мер реагирования и на коллегиальном решении. Есть проблема в одном человеке или в двух людях, но если мы имеем четко прописанную систему, то «НКВДшной тройки» в Нацбанке не может быть. Это будет профессиональная группа людей, которая занимается вопросами регулирования, постоянно находится в диалоге с банками и перепроверяет все данные. Повторю, у всех БВУ будет право на обжалование этих решений.

Мы не говорим о том, что посредством экономического суждения будут сразу приостанавливаться или отзываться лицензии, мы говорим о мерах реагирования, которые чем раньше начинают работать, тем они эффективнее. Я думаю, больше споров будет, когда мы начнем работать с банками, у которых очень высокие риски и наши действия будут жесткими в части требований к капитализации, структуре акционеров, смене менеджмента. В этих случаях возможно какое-то оспаривание, но, когда мы говорим об изменениях по нашему требованию системы рисков банка, я думаю, у нас не будет судебного формата взаимодействия с БВУ”.

Принципиальная ошибка Олега Смолякова и иже с ним, сознательная или несознательная, состоит в том, что они пытаются реализовать разумные сами по себе идеи не в тех в условиях.

Главной проблемой современного Казахстана в области государственного управления является  полное отсутствие общепризнанных, эффективных и прозрачных механизмов согласования интересов сторон. В результате решения по любому, даже сверхсложному, сверхпроблемному и сверхрезонансному вопросу, неважно, политического, экономического, социального или даже литературного характера, принимаются относительно узким кругом лиц в результате межэлитных согласований (столкновений).

Как следствие, любой госорган, включая Национальный банк РК, автоматически становятся исполнителями чужой воли. Кто не верит нам, пусть вспомнит признания Кайрата Келимбетова о том, как была проведена девальвация национальной валюты, позднее названная его именем.

Между тем, в Казахстане в последние годы ручное управление всем и вся стало доминирующим в сфере государственного управления. Понятно,  почему: в условиях затянувшегося экономического кризиса, который усугубляется социальными неустройствами и серьезными внешнеполитическими проблемами союзных с Казахстаном государств, существенным падением уровня и качества жизни населения, усиливающимися разбродом и шатанием в обществе, и тревогами, вызванными предстоящим транзитом власти в стране, государственный механизм просто не успевает   организационно и нормативно самосовершенствоваться.

Именно поэтому намерения Национального банка РК, в очередной раз озвученные Олегом Смоляковым, должны вызвать тревогу в казахстанском обществе.  Тем более что они публично поддержаны президентом. Потому что ключевые решения в банковском секторе будут переданы  уже не только де-факто, но и формально-юридически в руки людей, которые не несут никакой ответственности перед народом за свои деяния.

Так что даже если регулятору удастся избежать коррупции среди своих менеджеров, он будет вынужден выполнять политические указания Акорды.  А из этого следует, что  данное зампредом  журналистке обещание не создавать “НКВД-эшную тройку” в ведомстве не сбудется.

Другое дело, что решения поддержать или “утопить” тот или иной банк, будет принимать, конечно, не “тройка”, а кто-то в Акорде, возможно, сам “лидер нации” или лицо, им уполномоченное. Точно так же, как это недавно случилось с “Казкоммерцбанком”, на спасение которого государство истратило в пять раз больше, чем на все остальные казахстанские банки, и только для того, чтобы потом подарить его “Народному банку Казахстана”, точнее его мажоритарным акционерам – дочери и зятю елбасы.

И последнее. Из интервью Олега Смолякова “Курсиву” следует, что у регулятора нет системы ранжирования и оценки рисков отечественных финансовых институтов.  Это пугает – ведь подобные практики  не просто обязательная норма, а условие существования любого банка, если он, конечно, не хочет потерять выданные кредиты и обанкротиться. Получается, что в Казахстане сапожник, то есть Национальный банк РК, не имеет сапог.

Спрашивается, если регулятор до последнего времени не имел права выносить суждение, за которым следовала индивидуализация тех или иных нормативов, то кто или что мешали ему создать систему оценки рисков? Для себя, если уж не для всеобщего сведения?

Именно это отсутствие профессионализма в действиях руководства Национального банка РК, сопряженное с планами усилить субъективизм регуляторного воздействия на банковский сектор Казахстана, нельзя назвать иначе, как волюнтаризмом. И этот волюнтаризм в совокупности с политическим авторитаризмом в стране приведет к тому, что репрессии в финансовом секторе станут нормой, и их будут осуществлять в интересах не столько государства или общества, сколько тех кланов, которые доминируют в Акорде и которые, между прочим, сегодня уже контролируют все крупнейшие казахстанские банки, за исключением разве что российских.

0 комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *