Про “морковку” для НПО и риски для чиновников

21 ноября 2017 года Государственный секретарь РК Гульшара Абдыкаликова приняла участие в торжественной церемонии вручения премий лучшим НПО страны в рамках программы «Рухани жаңғыру».  В тексте официального информационного сообщения Акорды по этому поводу наше внимание привлекли два любопытных обстоятельства.

Во-первых, чисто советский стандарт проведения мероприятия, с приветственным словом главного участника в начале и концертом с участием «ведущих артистов» в конце. (За столько лет независимости могли бы уж придумать и что-то новенькое).

Во-вторых, исчерпывающая характеристика казахстанского неправительственного сектора и его «человеческой» мощи, точнее, немощи. В подтверждение этого процитируем пресс-релиз (выделение жирным шрифтом сделано нами):

“За годы Независимости казахстанские НПО приобрели хороший опыт. Сегодня в стране зарегистрировано 19 680 НПО. Наиболее активны они в Астане, Алматы, Южно-Казахстанской, Карагандинской и Кызылординской областях. В них занято более 29 тысяч человек. Работают государственный социальный заказ и государственные гранты. В рамках госсоцзаказа за последние два года НПО осуществлено более четырех тысяч социальных проектов на сумму свыше 23-х млрд тенге. С 2016 года внедрено государственное грантовое финансирование проектов. За это время реализовано около 70 проектов на сумму более 800 млн тенге”.

Из официальной статистики следует, что в казахстанском НПО в среднем занято (работает на штатной основе) всего полтора человека. То есть, если исключить относительно крупные неправительственные организации, число которых невелико и которые чаще всего упоминаются в отечественной прессе, то “нормальное” НПО – это один человек.

При этом средний размер госзаказа за последние два года составил порядка 6 миллионов тенге. Поскольку практика финансирования НПО в Казахстане бизнесом и частными лицами не слишком распространена, а возможности получить зарубежный грант для подавляюшего большинства казахстанских НПО, особенно региональных, крайне ограниченны по политическим и техническим причинам, государственный социальный заказ превратился в “морковку”.

Благодаря этой “морковке” Акорда имеет возможность оказывать как прямое, так и косвенное влияние на отечественный неправительственный сектор, поскольку НПО, представители которых проявляются недозволенную активность и конфликтуют с государственными структурами или отдельными чиновниками, заведомо теряют какие-либо шансы быть допущеными к “кормушке”.

Таким способом Акорда де-факто контролирует институциональную часть казахстанского гражданского общества, существенно ослабляя его и, сама того не желая, компрометируя в глазах населения. Это, с одной стороны, существенно помогает правящей элите сохранять внутриполитическую стабильность в Казахстане, но с другой – создает риски. Ведь в случае резкого обострения ситуации ей будет просто не с кем договариваться: никто не сможет выступить посредником. Соответственно, потенциально возможные гражданские конфликты будут происходить в этом случае по самому жесткому и кровавому варианту, как это уже было сто лет тому назад.

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.